Беседы на детской площадке: известные родители о безопасности детей

Качели, горки, лабиринты, первые игры в прятки и первые «мирись, мирись, мирись» — счастливые детские воспоминания каждого ребёнка рождаются на детской площадке. Поэтому наша команда решила присоединиться к инициативе капитального ремонта центральной детской площадки в Мариинском парке.  

В планах — сделать главную площадку города безопасной, современной и комфортной для отдыха детей и их родителей: демонтировать устаревшие элементы и установить полностью новое оборудование, отвечающее всем нормам безопасности. Ведь площадка находится в самом сердце Киева и является любимым местом отдыха не только для жителей ближайших микрорайонов, но и для всего города.

Для осуществления плана проект подан на рассмотрение в Киевский городской совет, и для того, чтобы он получил необходимую сумму денег для реализации, за него нужно отдать свой голос на сайте администрации в разделе «Городской бюджет». Более подробно узнать о проекте и отдать свой голос можно по ссылке gb.kyivcity.gov.ua/projects/11/2102. Переходите и поддержите проект!

А пока решается судьба площадки в Мариинском парке, мы сделали ее местом встречи с известными родителями. Татьяна Терехова, Елизавета Юрушева, Tayanna, Александр Стоянов, Катя Сильченко, Маша Ефросинина, Оля Цибульская, Маша Тимошенко, Аревик Арзуманова и Таня Пренткович рассказали нам о безопасности детей, о том, где они любят проводить семейные уикэнды, как учат малышей остерегаться рисков и о других важных аспектах родительской ответственности.

Телеведущая Татьяна Терехова с дочерью Полиной (4 года) и сыном Владимиром (2 года)

С взрослением детей мы пришли к тому, что для нас модный интерьер в доме перешел на задний план. Бортики в ванной, острые углы в квартире мы заклеили поролоном, всюду положили мягкие коврики. Даже если это смотрится далеко не так красиво и стильно, как задумывали, безопасность на первом месте. В одно время я купила очень много матов, чтобы иметь подушку безопасности и детям было мягко.

На кухню же дети без меня не заходят, я им каждый раз напоминаю о мерах безопасности, что огонь – не игрушка. Иногда, когда духовка только начинает разогреваться, я показываю детям, что уже очень горячо и небезопасно для них. Бытовую химию мы храним на самых верхних полках в специальных боксах в отдельных помещениях.

Еще очень важно следить за лекарствами. У меня был случай, когда младший сын заболел, я отмеряла ему точную дозу детского жаропонижающего (оно было вкусное, сладкое и розовое), подбежала дочь и просто глотнула из бутылочки, хотя она взрослая и рассудительная девочка. В тот момент я окончательно осознала, что лекарства должны быть максимально закрыты и недоступны для детей.

Мы максимально демократичные родители, потому дети могут попробовать все, что они хотят в соответствии с возрастом. Я позволяю им рассыпать крупы, чтобы они трогали гречку, вермишель. И даже если на пол упадет – это не страшно. Важно, чтобы они попробовали, увидели. Бросать игрушки – не плохо, но важно научить ребенка, чтобы они после подняли эти игрушки и положили на место.

Очень хочется обновить центральную детскую площадку в Мариинском парке – она опасна, да и многие элементы не соответствуют нормам. Те же качели на цепях – маленькие дети могут случайно засунуть свои пальчики в большие звенья и потом получить травмы, тогда как по нормам должны быть мелкие звенья или ровные трубки. И вот так всюду – приходится постоянно одергивать, кричать, запрещать ребенку лезть куда-то. Но так хочется, чтобы у них была полноценная площадка, где и дети могут отвести душу и всюду лазать, и чтобы родители были спокойны за своих чад. Сейчас только в частных секторах или жилищных комплексах есть современные и безопасные площадки, которые очень аккуратно сделаны, где не нужно буквально на каждом шагу одергивать ребенка.

Моя старшая дочь хорошо говорит и хорошо знает свои имя, фамилию и отчество, знает свой адрес проживания, имена родственников. Пока она не знает мой номер телефона, но мы над этим работаем. Мы постепенно объясняем и учим детей поведению с незнакомыми людьми, делимся опытом, как правильно с кем говорить. Но всегда напоминаю о зоне личного комфорта. Она понимает, что такое личное пространство и, что к ней никто не должен касаться, а с незнакомыми не стоит разговаривать. Однако, когда мы рядом – дети спокойно могут общаться с другими детьми, просто соблюдая правила приличия, что немаловажно.

При выборе садика я, прежде всего, оценивала его с точки зрения безопасности: количество ступенек, наличие перил, качество площадки, мягкие покрытия – это важные аспекты, при соблюдении которых я могу меньше волноваться за детей в саду. И как раз недавно дочь на площадке упала лицом на пол, но мягкое покрытие предотвратило негативные последствия.

Бизнес-леди, основательница фонда «Обираємо майбутнє разом» и сайта 23-59.com.ua Елизавета Юрушева с сыном Даниэлем (11 лет) и дочерью Татой (4 года)

Как таковых бесед о безопасности я не веду, но мои дети чётко знают, что с незнакомцами идти опасно, нельзя садиться к ним в машину, что бы они не говорили, будь это «твоя мама в больнице», «мама разрешила» или «я дам тебе конфетку/игрушку». В таких случаях надо сразу бежать в другую сторону, кричать. С Даней я начала это проговаривать с 5-6 лет, и сейчас каждый раз напоминаю. В современном мире условную конфетку заменил инстаграм и порой дети могут начать говорить с незнакомцем, если тот просто скажет, что его подписчик. И я ему объясняю, что одно дело, когда это ребёнок, и совсем другое, когда подросток или взрослый человек это говорит.

Сначала я боролась с жаждой детей выйти в интернет, но они победили. Когда ребёнку уже 9-10 лет — он гораздо лучше шарит в сети, чем ты. Тем не менее, в некоторых аспектах я стараюсь ограничить доступ в сеть, например, параллельно веду страницу сына в инстаграм. Я ничего не размещаю от его имени, но должна видеть, кто на него подписывается, что пишет и как себя ведет. Но я смирилась с тем, что не смогу ограничить все, потому стараюсь воспринимать это спокойно.

Я могу отпустить Даню одного на улицу, но, конечно, учитываю время суток. Иногда я даже поощряю его самостоятельные походы в магазин.

Мы выбираем большие крутые площадки. Моя любимая детская площадка – на Владимирской горке. Ее недавно обновили, и она стала очень современной, красивой и гораздо более безопасной для детей. А еще мы ездим в Мариинский парк, ведь там центральная площадка.

Я думаю, в школах каждый ребенок сталкивается с буллингом, но я учу просто не обращать внимания на задир. Я не хожу в школу на защиту, считаю, что нужно научиться справляться самому. Это формирует характер и готовит ко взрослой жизни. Всегда будет критика, подколы и глупые шутки. Надо просто развить к этому иммунитет. Я всегда детям говорю, что таких людей больше всего злит игнор, а любую реакцию на их фразы они считают победой.

Я всегда детям рассказываю о последствиях тех или иных действий. Пусть это и может быть жестко, но так у них пропадает охота пробовать что-то абсолютно небезопасное. У меня была ситуация, когда рядом со мной парень 15 лет сидел на трубе не выше одного метра, пошатнулся и упал на камень. Сейчас он парализован. Я помню, как Данька, услышав эту историю, плакал. Но дети четко должны понимать, какие последствия могут иметь место. Ведь если приукрасить историю, дети не улавливают всю степень опасности.

Поскольку мы часто путешествуем, то, конечно, обязательно повторяю о безопасности на воде. У меня не раз бывали случаи, когда течение было слишком сильным и уносило меня, либо же пыталось затянуть на глубину. И я рассказываю об этом опыте, чтобы дети всегда были начеку и серьезно относились к вопросам безопасности.

Телеведущая и создательница «Charity Weekend» Маша Ефросинина с сыном Сашей (4 года)

Я поддерживаю проект обновления площадки практически как заангажированное лицо – как мама. Мы живем в этом районе уже больше 15 лет. На этой площадке выросла моя дочь Нана. Вот уже 4-летний Саня приходит сюда каждые выходные. У нас даже есть домашняя шутка, когда мы за завтраком обсуждаем, куда пойдем: «Может быть, на Оболонскую набережную поедем? Может быть, на обзорную площадку на Артема?» И мои дети хором говорят: «Малиинский!». С этой площадкой связано много семейных воспоминаний. Я бы и рада сказать, что она не изменилась. Но она изменилась, причем только в худшую сторону.

Картина, как в американских фильмах, когда мамы сидят и болтают на скамеечках, абсолютно не переживая за детей, потому что с ними ничего не станет, у нас абсолютно невозможна. Здесь на каждом метре за ребенком нужен глаз да глаз. Не потому что ты внимательная мама, а потому что здесь не соблюдена ни одна норма безопасности. Со всех качелей дети спадают, везде провален песок, который очень травматичен. Все горки уже в таких затрещинах, что у Сашули руки натираются. И вообще, пока он съезжает по этим горкам, у меня сердце останавливается. Плюс, это же дети — они бегут, несутся, не смотрят друг за другом. Кто-то кого-то случайно толкнет – и это уже автоматически травма.

Я своим детям очень не рекомендую общаться с посторонними людьми. Мы – публичная семья, моих детей знают в лицо, поэтому я строго-настрого прошу не входить в контакт с незнакомыми людьми. Я прошу, в случае чего, сразу звать маму. Но я всегда рядом с детьми, я их не оставляю.

В быту я не так строга. На кухне у нас уже были истории ладошку на плиту положить. Здесь я не так пекусь и переживаю. Потому что это те ошибки, которых не избежать. Я тоже в детстве совала шпильки в розетку и тоже получала по башке током. Потому что чем больше тебе запрещают что-то делать, тем больше хочется. Конечно, я их учу всегда мерам предосторожности, но я не та мама, которая на каждом шагу будет кричать: «Осторожно, упадешь, держись, проскользнешься». Мне кажется, что это только расшатывает психику. Объяснять детям, где есть опасность – нужно. Но носиться за ними с пуховой периной, чтобы он упал не нее – нет.

Нана очень рано стала взрослой, самостоятельной, она всегда к этому тяготела, а я это поощряла. На сегодняшний день она даже сама путешествует, ездит в лагеря заграницу. В сопровождении, конечно, но у нее определенная свобода есть.

На гаджетах у нас паролей нет – главный пароль – это я. У Саши есть его 20 минут с утра на мультики, пока мы собираемся в сад, чтобы можно было в него впихнуть кашу. Потом в течение дня он больше не смотрит мультики. Мы его отвлекаем другими занятиями. У него оборудована большая игровая территория, где мы с мужем проводим с ним время: собираем конструктор, танцуем, рисуем, много двигаемся.

Это поколение растет более свободным, чем наше, с расширенными границами сознания. Они понимают, что мир им принадлежит. Потому что нас растили в том, что нам принадлежит только наш двор и в том, что скажут сидящие в нем бабушки на лавочках. У современных детей такого нет. Они ориентируются на лучшие истории международного успеха, растут на хороших фильмах, книгах, личностях.

Я не знаю, что произошло с миром в последние 10 лет, но агрессия чувствуется в воздухе. Причем она необъяснимая со стороны разных людей – начиная от кибербуллинга и заканчивая подошедшей бабулей на площадке, которая может взять накричать на ребенка за то, что он шумный. Поэтому хотелось бы защитить от этой злости и агрессии, которая просто вываливается на ребенка, не умеющему пока находить объяснение, почему так происходит. Но мне кажется, что этому их будет учить жизнь. Я могу лишь им говорить, что мир не так плох и страшен, о том, что есть в нем что-то прекрасное. Мы с Тимуром можем лишь как-то уравновешивать те уроки, которые им будет преподносить жизнь.

Дизайнер Катя Сильченко с дочерью Сати (4 года)

По вечерам я дома иногда зажигаю свечи. И совсем недавно понаблюдав за мной, Сати решила попробовать сама, но немного обожглась. Зато после у нас произошла беседа о том, что бывает, когда нарушаешь запреты.

Я стараюсь недолгими, но частыми блоками объяснять дочери прописные истины, например, о важности закрывать дверь, о том, что спички – это не игрушки, а при звонке в дверь не следует ее немедленно открывать.

Я учу дочку внимательности – чтобы она сумела обратить внимание на подозрительного человека, задумалась об опасности и не вела себя инфантильно. Рядом с Сати постоянно находится няня, тем не менее мы проговариваем, что нужно всегда быть на чеку.

Однажды наша бывшая няня сказала Сати, что нужно бояться цыган и кавказцев. И если с первым пунктом я согласна, то про кавказцев она рассказывала, на минуточку, Сати Багдасарян.

Во время моих деловых встреч, Сати часто прячется за меня и перекладывает всю миссию общения. Она по природе своей очень застенчивая и не вступает в контакт с незнакомыми людьми.

Мы гуляем в просторных парках, где есть возможность свободно побегать, попрыгать и подышать свежим воздухом. И чаще всего для таких прогулок мы выбираем Ботанический сад. Там как раз обновили площадку, и дочери очень там нравится.

В целом, я за то, чтобы дети имели относительную свободу и на детских площадках – могли наслаждаться активностью и получать навыки общения с другими детьми. Но, к сожалению, на обычных площадках я больше переживаю за здоровье дочери и ни на минуту не могу расслабиться – нужно видеть, что, где она делает и всегда быть рядом в случае чего.

И одно дело вернуться в 90-ые в стилистике одежды, а совсем другое – безопасность детей. Я выросла на странных бетонных площадках с одной горкой и непонятной трубой. Сейчас нужно все обновлять, шагать вперед со временем, технологиями и стремиться обезопасить детей, дать им только хорошее, в том числе интересные и безопасные площадки.

Певица Tayanna с сыном Даниэлем (5 лет)

Даніель сам по собі безпечний – не лізе, куди не можна, оминає сумнівні місця. В нас ніколи не доходило, щоб син самостійно брав хімію чи інші небезпечні засоби, Даніель цим навіть не цікавиться. Він ніколи не підходить до вогню, а сірники бере до рук лише з дозволу батьків.

Ми живемо на сьомому поверсі і я категорично не дозволяю йти на балкон, адже там вікна від стелі до підлоги, а також синові заборонено залазити на підвіконня. Більше особливих заборон немає.

Ми живемо на Позняках, тому відвідуємо всі майданчики поруч, а також на Осокорках. Влітку часто виїжджаємо у парки на правому березі, зокрема і в Маріїнський. На Позняках парк Партизанської слави має необхідні для дітей розваги – і дитячі майданчики, і мотузковий парк, там навіть озеро є.

Огорожі сковують свідомість. Звичайно, Київ – велике місто, тому за дітьми необхідно пильнувати. Однак, я не підтримую думку, що майданчики необхідно огороджувати і створювати «клітку». Мені більше подобаються майданчики відкритого типу на вулиці. Діти мають бути на відкритому просторі, щоб вони бачили, що такі самі як і дорослі та можуть вільно пересуватися.

Я не люблю майданчики у ТРЦ. По-перше, це замкнений простір і, як показує практика, в багатьох немає вікон та відповідної вентиляції, тому одна хвора дитина може заразити усіх інших.

Оскільки Даніель доволі рано пішов у школу, до її вибору ми підійшли вимогливо. І на одному з перших місць була саме безпека дитини. Ми обрали приватний навчальний заклад, де у класах не більше 10 дітей і кожній приділено увагу. Навіть на позакласних екскурсіях за дітьми наглядають декілька дорослих.

Блогер Маша Тимошенко с сыном Сэмом (1 год)

Сэм может играть наедине с собой, но всегда есть кто-то рядом, кто за ним присматривает. Бывало, пару раз, что недосмотрели, а он как-то неудачно повернулся, упал или синяк заработал.

У нас есть прикольное приспособление для розеток – специальные заглушки, которые закрываются на ключик. Для игрушек отведена специальная зона, чтобы они не были разбросаны по всей квартире – это уже безопасность не только ребенка, но и родителей.

Я склонна считать, что пока дети сами не набьют свои шишки, они не научатся. Что можно, а что нельзя мы стараемся показывать на собственном примере, рационально себя ведем. Возле дороги останавливаемся, не прыгаем в опасных местах. Просто нужно быть рядом в случае чего, подстраховать и свести риск до минимального, чтобы ребенок понял опасность и больше так не делал.

Мы с Сэмом иногда смотрим «Смешариков». В сериях помимо основного сюжета есть вставки с рассказами касательно безопасности: о правилах движения, о том, что позволено делать, а что опасно.

Мы гуляем у себя в жилом комплексе – там много новых детских площадок, время от времени ездим в парки. Часто бываем в Мариинском парке, но на эту площадку Сэма водить мне боязно – она несколько «подгулявшая».

Я за рациональное материнство – когда ты не 24/7 опекаешь ребенка, а даешь свободу, чтобы он социализировался. На детской площадке для меня важно, чтобы я не боялась оставить сына. В детских комнатах в ТРЦ я могу оставить Сэма – там все предусмотрено для безопасности ребенка и мне важно, чтобы был внимательный персонал.

Безопасная площадка должна быть выполнена из хорошего дерева. Во-первых, она будет более надежной, а во-вторых, ребенок не зацепит занозу. Здорово, когда вместо песка прорезиненное покрытие. Это удобно и детям – при падении удар смягчается, и родителям – можно прийти в открытой обуви. Еще важно сделать возрастную зональность площадок. У детей разных возрастов отличается порог, скорость и интересы – дети постарше иногда так несутся, что я буквально собой защищаю Сэма. Недавно на площадке наблюдала, как один малой бежал, мама за ним не успела, и ему качели дали по лбу – девочка постарше раскачалась и не заметила его. Все, к счастью, обошлось. Но это как раз к вопросу о детях разных возрастов – будь на качели ребенок помладше, то не раскачался бы так сильно, да и была бы рядом мама девочки, которая притормозила бы качели.

Сейчас, пока Сэм еще не говорит, а свой характер проявляет только жестами, мы уделяем много внимания его общению с другими детьми. Мы даем ему понять, что нельзя бросать абы как песок, лопатки. Если я вижу, что он замахивается или начинает играть более агрессивно, то я сразу его останавливаю, говорю: «Сэм, так нельзя». Приходиться повторять 3-4 раза, но после он начинает слышать.

Певица и телеведущая Оля Цибульская с сыном Нестором (4 года)

Я вважаю, що найкраще місце для дитини – це все ж таки природа. Стараюсь витягати Нестора до річки, на пляж, в ліс, збирати жуків в коробочку, розпалювати вогнище, смажити сардельки на палицях. Я хочу, щоб він був ближче до природи, бо в місті побути точно встигне.

На Оболоні є класний парк «Наталка», там багато великих кремезних старих дерев. У нас є традиція виходити туди на прогулянку, обійматися з деревами. Ми навіть змагаємось і рахуємо, хто скільки встиг обійняти дерев за день.

Я намагаюся пояснити сину, що в близький контакт треба входити лише в людьми найближчого оточення, яких ти знаєш особисто – це мама, тато,, бабуся, дідусь, няня. А на майданчинку дорослі мають бути максимально уважними. Крім того, я жартую, що поки він не одружиться, я буду ходити за ним всюди.

Я вимикаю режим «мімі-мами» і серйозно намагаюся пояснити речі, які впливають на життя і здоров’я. Наприклад, що вікна – то велика небезпека, і чому до них підходити не треба. Я не просто кажу «ні», а розповідаю, що в результаті може відбутися. І коли чоловік закриває вікно, Нестор попереджає: «Тату, будь уважним, бо якщо ти будеш неуважним, з тебе буде млинець».

У нас стоять батьківські паролі на айпадах. Але нам пощастило, ми змалку привчили Нестора читати, і він до друкованої книжки ставиться з більшою цікавістю, ніж до інтернету. А ще він дуже перебірливий до мультфільмів. Якщо його не зачепило з перших двох хвилин, він каже: «Вимикай, мені це нецікаво».

В нашому світі є багато поганого, але судячи з мого особистого досвіду і з мого виховання, важливо закласти якісь конкретні основи, які є правильними. Я тисячі разів потрапляла в компанії, де біля мене палили цигарки, але мені цього не хотілось. Мої знайомі з 15 років займалися сексом, а я була в цьому плані дуже пізньою, тому що я розуміла, що мені не час. Досі колеги у шоу-бізнесі наді мною сміються, бо я артистка, яка не п’є. Тому я думаю, що все починається з дому. І ми просто самі намагаємось поводитися так, як би хотіли, щоб чинив Нестор.

Хочеться захистити дитину від негативного впливу, депресивного настрою, поглядів на життя зі сторони, що воно є чорне або біле. В мене кілька днів тому поцупили машину. Білий день, я гуляла з Нестором у парку на майданчику, повернулася, а автівки немає. Звичайно, я пережила серйозний стрес. Та все одно не перестаю вірити, що людей у світі хороших більше, ніж поганих. Так, такі ситуації трапляються, але вони трапляються не тільки зі мною і доки ти відчуваєш, ти живеш. Такому ж ставленню до життя я намагаюсь навчити сина.

Я неодноразово бачила, як інші діти травмуються, граючись на майданчику. Тому що ці майданчики будувались за часів Радянського союзу, їм вже тисяча років. А ще дуже часто молодь використовує їх як місце для власних розваг, п’є алкоголь, стрибає, катається, пригадує своє дитинство, але майданчик, все ж, призначений зовсім для іншого. Тому зараз, коли ми приходимо на майданчик, поки я не “перекопаю” весь пісок, я Нестора туди не пускаю.

Премьер Национальной оперы Украины Александр Стоянов с сыном Тимуром (10 лет) и дочерью Настей (4 года)

Настя любит гулять на площадке, которую она называет «кораблик». Это площадка в форме корабля, где есть мачта, на которую мы вместе залазим, площадка в парке «Наталка» у нас на Оболоне.

Сейчас не то время, в которое росли мы. Дети гуляют с нами или нянями. Без присмотра взрослых даже старший сын не гуляет. Иногда можем отпустить его с подругой или другом, но если с ними есть кто-то из родителей друзей. Когда мне было 6 лет, а сестричке — 3, мы с ней сами гуляли на улице. Но я жил в пгт. Киев же — большой город и больше сумасшедших, как говорится. С самого детства мы стараемся объяснять детям, что с чужими людьми нельзя общаться. Но делаем это в форме ролевой игры. Вот Насте я говорил: «Настя, я — чужой дядя». Потом я к ней подходил и говорил: «Девочка, хочешь конфетку?». Она отвечала: «Да». И потом я ей объяснял, что нельзя у чужих людей брать конфету. Если кто-то подходит, скажи: «Вот мой папа стоит, и все вопросы к нему».

В моем детстве была история, когда в 5 лет я открыл дверь постороннему человеку, который представился другом моего отца. Тогда все обошлось, он немного пошарился по квартире, выпил какой-то алкогольный запас и ушел. Поэтому своих детей я теперь тщательно инструктирую о подобных ситуациях и даже тренирую. Я звоню в дверь, говорю: «Открывайте, это друзья родителей». Они не открывают.

Как оказалось, квартира не совсем предназначена для того, чтобы там бегали маленькие детки. Поэтому раньше мы заклеивали в квартире все жесткие и острые углы специальными мягкими уголками. Еще у нас есть место, где Катя держит цветы, выложенное камнями. Там мы вообще запрещали детям бегать.

Хоть Тиме уже 10 лет, и он может что-то готовить сам, ножи я им тоже не разрешаю пока трогать. Предпочитаю сам лишний раз отрезать что-нибудь. Но кроме ножей, они могут пользоваться столовой утварью. Вот, например, вчера они под моим присмотром приготовили блинчики, которые мы уплели за 15 минут.

Что касается интернет-контента, Тимура нам уже сложно контролировать. Потому что у него свой телефон, планшет с доступом в интернет. Если я замечу, что он смотрит что-то не то, я воспользуюсь программами контроля родителей. Хотя, это все ерунда! Потому что у него есть друг, и если он не посмотрит у себя на телефоне, посмотрит у него. Учитывая возраст и его осведомленного друга, который ему много чего рассказывает, я думаю, он уже много о чем знает.

Сына мы возим в школу на машине, хотя школа рядом и он может добегать туда минут за 10. Даже если он правила не нарушит, сейчас, к сожалению, много безответственных и невнимательных водителей за рулем, которые могут представлять опасность. Лучше перестраховаться, я считаю. Он должен немного подрасти, чтобы ходить туда пешком.

Блогер Таня Пренткович с сыном Иваном (2 года)

Ми живемо зараз у Києві та винаймаємо квартиру. В ній все облаштовано доволі мінімалістично, тому особливої потреби у кутиках чи подібному приладді немає. На початку ми Іванові купили поролоновий шолом, який мав би захищати голову. Однак Іван швидко навчився тримати себе, не врізався у меблі, тому шолом нам майже не знадобився.

Для мене важливе питання безпеки дитини в автомобілі і я завжди кажу про важливість дитячого автокрісла. Я іноді бачу, як хтось знімає історію, показує, як на задньому сидінні сидять з дитинкою на руках і в мене серце крається.

Коли ми виходимо на вулицю або ж повертаємося, Іван знає, що самому в ліфт заходити не можна і обов’язково хтось із батьків має зайти першим. Також він завжди перевіряє, хто дзвонить у двері і якщо мама, то він відчиняє мені двері. Це трохи кумедно у нього виходить, адже двері важкі, однак його внутрішній джентльмен перемагає.

В нас немає якихось категоричних заборон. Просто ми наголошуємо увагу на тому, що все має бути обдумано. Можливо, дається в знаки, що дитина відвідує садочок, де навчають за методом Монтесорі. Син ніколи не тягнеться до потенційно небезпечних речей, знає, що все має лежати на своїх місцях і завжди прибирає іграшки. Іноді він дістає мої парфуми, але дуже обережно із ними поводиться: бере до рук флакон, робить вигляд, що він нюхає аромат і акуратно ставить назад.

Коли син був зовсім малим, в нас вже був собака і це їх спілкування та досвід поводження із тваринами дуже помітний. Спочатку було страшно, як пес сприйматиме нову людину, але виявилося, що дитина пахне як матір, тому собака сприйняв сина за свого. Єдине переживання було в тому, що собака трохи незграбний і коли він просився в ліжко, я дуже боялася, щоб він не ліз на дитину. Адаптація дитини і собаки пройшла чудово, і навіть коли Іван іноді плакав, пес носив йому іграшки, дозволяв залізти на себе і тоді син був ніби ковбой на конику.

Я вважаю інтернет-простір небезпечним для дітей. І зараз планшет в руки даю лише у випадку, якщо ми кудись йдемо і необхідно певний час вкрай чемно себе вести. Але я сама визначаю контент, який споживає дитина.

Организатор фестиваля #Мамаслет Аревик Арзуманова с сыном Микаэлем (5 лет)

В теплое время года мы каждый день играем на площадке. Возле нас находится парк Шевченко, но нам нравится именно этот парк, потому что он больше раза в четыре. И видя эту и ту площадку – это небо и земля. Нельзя сказать, что и та площадка безопасная по всем требованиям, которые необходимы, но эта просто убитая и небезопасная. Ребенок может не просто получить травму здесь, а его может забрать скорая помощь.

Я такая тревожная мама, что всегда перестраховываюсь и никогда не оставляю ребенка одного. Хотя я вижу, что большое количество родителей в тех же торговых центрах заплатили какую-то сумму за вход и считают, что им теперь все должны.

Ответственность всегда за родителями. Недавно я наблюдала за детьми во Fly Park. Там один большой батут, на котором прыгают малыши как трех лет, так и восьми. И я понимаю, что восьмилетний ребенок может запросто пяткой ударить трехлетнего в голову, и это будет сотрясение мозга. Но современные площадки настолько комфортные и безопасные, что получить травму там нужно постараться. Вот, например, такая площадка есть на Владимирской горке. Там нет песка, потому что песок и бетон уже давно заменяют мягким покрытием. Плюс, никто не несет этот песок и грязь домой. И сейчас во всем мире разделяют площадки от 1 года до 3 лет, например, от 4 до 6, и от 7 и дальше. Потому что рост, вес, да и развлечения у каждого возраста свои. И здесь размер площадки в принципе позволяет сделать это разграничение по возрасту, чтобы старшие детки не пересекались с малышами.

Мы не оставляем ребенка одного. У него есть часы с GPS, с помощью которых он может мне звонить и я всегда вижу, где он находится. Но с другой стороны, я такая тревожная мама, что и в 7, и в 8 лет самостоятельно его в парк одного не отпущу. Потому что сейчас реалии немножко другие, не того времени, как я росла, когда все ребята играли во дворе.

Мой сын на улице ни с кем не должен общаться вообще. А если человек будет его трогать, нарушать его интимное пространство, он должен кричать и убегать. Я обсуждала это с психологом, и я учу своего ребенка не тому, чему нас учили в советское время – что взрослый человек всегда прав, и какая-то бабушка может подойти и сделать замечание, потрогать за щеку – я считаю, что это категорически неприемлемо. У него есть круг доверенных лиц, с которыми он вступает в контакт. А чужие люди с грязными руками, которые пытаются его потрогать и сказать, какой он прекрасный ребенок – это рудимент, который надо оставить в Советском союзе.

Мы живем не в той стране, чтобы доверять всем людям подряд, к сожалению. Когда у нас уровень безопасности будет такой же, как в Швейцарии, тогда – да, пожалуйста, пусть ребенок общается с кем угодно. Мы с вами знаем все эти истории, когда мама оставила коляску под садиком, пошла забирать второго ребенка, а вернувшись, оказалось, что ребенок пропал и был похищен.

Мы не рассматривали государственные садики рядом с домом, потому что там нам не подходило абсолютно ничего. 20 детей в группе, одна няня и один воспитатель. При этом, они выводят гулять детей в парк Шевченко. А ребенок может перебежать дорогу не вовремя, на него может броситься собака – что угодно, и за него ответственность никто нести не будет. Другие садики были в ужасном состоянии, с ужасной едой, а у меня ребенок был аллергик. Поэтому в итоге мы выбрали частный детский сад с полностью закрытой территорией, современной детской площадкой, беседками, где дети летом что-то мастерят. Для меня безопасность, чистота, красивый интерьер, хорошие учебники, квалифицированные воспитатели были главными критериями при выборе садика.

Мы сейчас оказываемся от YouTube, потому что это бесконтрольная территория, и какие-то мультики про зомби, кровь и убийства меня не устраивают. Родительский контроль, который мы устанавливали, не фильтрует все, что должно фильтроваться. Поэтому мы просто смотрим диснеевские мультики на ноутбуке.

То количество денег, которое уходит на монументы, памятники и память мертвым, могло бы дать прекрасную возможность живым жить в более комфортных условиях. Поэтому я считаю, что государственные деньги нужно направить немного в другое русло — в том числе, и на ремонт площадок.

Голосование за проект стартует уже сегодня – 15 мая. И у нас не так много времени, чтобы собрать достаточное количество голосов. Поэтому мы очень надеемся на вашу поддержку! Переходите по ссылке gb.kyivcity.gov.ua/projects/11/2102, отдавайте свой голос и подарите детям счастливые воспоминания!