Особенности национального костюма

Украинские вышиванки на пике популярности не только в нашей стране, но и во всем продвинутом fashion-мире. Но об их истории толком не знают даже наши самые модные и любознательные патриоты. “Неужели вышиванка может быть непристойной?”, — удивились мы, покопавшись в архивах. Как не заблуждаться насчет национального костюма читайте в материале 23:59.

«Надеть винтажную сорочку просто с поясом – это выглядит красиво, но на самом деле это идентично тому, если бы мы вышли в трусах и лифчике на улицу: рубаха – это нижняя часть костюма», — во время подготовки проекта «Вытоки» для предстоящей Ukrainian Fashion Week звучит много любопытных историй. Рассказчицы – Мария Квитка, идеолог «Центра истории костюма» и сотрудница Археологического музея Украины, и Людмила Климук, худрук мастерской реконструкции национальной одежды «Шляхетний одяг». Они отвечают за показ аутентичной одежды, который пройдет в рамках проекта «Вытоки».

Сам проект — одновременная дань двум трендам. Глобальному: во время показов любая уважаемая столица устраивает близкую по теме выставку – одного или нескольких Домов моды (стоит вспомнить вереницу из Lanvin, Prada и Schiaparelli, Dries van Noten, Madame Gres, Alexander McQueen), или исторического костюма — как, к примеру, недавно открывшаяся «Блеск и нищета» в парижском музее д`Орсе, повященная дамам полусвета. И тренду локальному: разговоры о национальных мотивах в одежде последние два года ведутся в Украине с отелловской ревностностью. «Вытоки» — кураторский проект, рефлексия на тему важного, но малознакомого широкой публике этнического колорита. За тонкость в отражении национального в современном искусстве отвечает куратор Марина Щербенко, за аутентику – профи с музейной закалкой.

«Нам важно показать, как правильно носить традиционную сорочку – в комплекте с прочим набором вещей, плахтой и поясом, украшениями и головным убором», — рассказывает Мария Квитка. Для показа «Центра истории костюма» 18 октября было собрано 15 женских и 5 мужских традиционных «станов», говоря современным языком – луков, из десяти областей Украины.

Стоит завязать разговор с историками, так через время национальный костюм кажется идеальным сакральным текстом: за любым декором и линией стоит бездна смысла. Вышивка – это оберег, и делается она по оградительной линии на подоле, рукаве, горловине и швах-разрезах на кокетке или вырезе – везде, где прерывается защитный покров одежды. Головные уборы – маркер социального статуса: венки в традиционной культуре носили только незамужние девушки, равно как и убирали голову цветами. Мак – так вообще только во время траура – считалось, этот цветок растет там, где пролилась кровь. Красный цвет вышивки противопоказан во время поста: рискнувших надеть яркие вещи называли «вбраной, як болячка». А по цветным рубахам опознавали либо «старшего брата», либо кочевников – в украинских селах использовали некрашенное небеленное, по сути – бледно-серое, полотно.

Однако главный больной вопрос музейщиков – вышивка крестиком, которая заслонила прочие невероятной красоты традиционные техники. По странной иронии, крестик – самый модный, но не самый показательный для украинской традиции рисунок, если смотреть на нее в исторической перспективе. Появился он в конце 19 века и тогда же обрел громогласную популярность. Мода на него началась после распространения листовок мыла «Брокар и Ко» — компании Генри Брокара, автора «Любимого букета императрицы» (после эти духи совпром превратил в «Красную Москву»). Имущие горожанки увлекались рукоделием. Чтобы завоевать их сердца, парфюмер к своему мылу добавлял листки с напечатанной матрицей цветастой вышивки крестиком. Простота исполнения обеспечила ему популярность. Легкий мотив вытеснил более сложные, в то время как в украинской традиции известно около 250 традиционных вышивальных швов. На многие уходили месяца работы, к примеру, западноукраинские рубахи с плотно «забитыми» рукавами вышивались целую зиму в четыре руки. На злобу дня уже тогда язвили эксперты. Известный этнограф Олена Пчилка, мама Леси Украинки, в предисловии к сборнику аутентичных украинских узоров 1867 года писала о «неможливих розах та лапатих листях», которые делают «з рукава, або з попередниці, шматок якогось московського ситцю, самого безглуздого смаку». Кажется, что с тех времен ничего не изменилось. С одной стороны – невидимые миру слезы музейщиков, с другой – понятное человеческое желание не заморачиваться, но быть в теме. Последним, к слову, объясняется успех проекта March11, которую запустил издатель журнала Playing Fashion Роберт Мищенко: бледные копии премиальных Vyshyvanka by Vita Kin находят своего потребителя, жаждущего ставших дико популярными vyshyvanka.

Правда, кое-что все же изменилось. Маркетологи говорят об эволюции потребления: быть осознанным customer моднее и правильнее, чем спонтанным. В идеальном мире все начали разбираться, к примеру, в баламутах (речной жемчуг) и керсетках (расклешенный жилет с защипами на спине), отличать туристические копии рубах от оригиналов, дизайнеры любого профиля дружно взялись и придумали, как конвертировать традицию в современные понятные объекты и вещи, а «Вытоки» продлили на сезон, потому что очередь на них стояла, огибая «Мыстецький Арсенал» дважды.