Блог Лизы: Вся правда обо мне

Я решила написать этот пост после десятков, если не сотен, запросов в интернете на тему: «Сколько лет Лизе Юрушевой?», «Кто такая Лиза Юрушева?», «Сколько детей у Лизы Юрушевой?». Девичник, свадьба, секундные появления на экранах в «Танцах со звездами» вызвали небывалый ажиотаж. Поэтому напишу-ка я немного о себе. Как говориться, спрашивали – отвечаем.

Мне 30. Двадцать четвертого октября мне как-то внезапно исполнилось тридцать. Внезапно, потому что по жизни я всегда шла девочкой. Маленькой, малышкой, младшенькой. Я младшая из сестер в семье, и воспитывали меня именно как младшую. Так было и с друзьями, в компаниях. С Сашей же вышло все наоборот: в нашей паре старше я. Но все равно, ощущаю, что я моложе.

Внутри я все еще ребенок. Девочка, для которой образ требовательного руководителя на работе, строгой мамы – это та вынужденная оболочка, которая позволяет мне правильно управлять, воспитывать, нести ответственность за свою команду и своих детей. Но все-таки в жизни я ассоциирую себя с легкостью. Я верю, что, чем больше мы сами себя накручиваем, тем грандиозней создаем себе проблемы. С детства я обожаю смотреть фильмы о волшебстве. Почти в каждом из них всегда есть фраза о том, что «все чудеса в жизни мы создаем сами». И в это невозможно не верить! Как жить, если в это не верить? Ведь тогда они на самом деле не случаются, чудеса эти.

И пусть я строгий босс, который ходит на работу в черном, неплохо соображает в экономике, каждый день сводит какие-то цифры, но, когда я выхожу оттуда – та-дам – я становлюсь девочкой, которая любит блестяшки, Диснея, и верит в реальность самых необыкновенных вещей. Да, после работы я выгляжу, как персонаж, сбежавший из мультика-аниме. Я без ума от единорогов, покупаю печеньки в форме единорогов, мечтаю завести единорога. Меня восхищают вещи, которые приводят в недоумение других людей. Я часто читаю на лицах: «Зачем? Почему? Как такое может вдохновлять ее? Она вообще прикалывается, да?». Нет, я так живу. Вот такая я.

Знаю, многие думают, что я родилась, как говорится, с серебряной ложкой в роту. Что все мне подавали на подносе. А вот и нет. До пяти лет я росла в Донецке, в обычной семье, с самым обычным детством. Ну знаете, когда старшая сестра издевается и гоняет тебя всюду (Настя, прости). Обычное, клевое такое детство. Мы играли в лужах. Лазили по деревьям и разбивали коленки. Игрались с кастрюлями. Какое же это было счастье взять кастрюли, пока мамы не было, намешать там грязь с водой и играть в кухню. Я вот смотрю на своих детей с их айпадами и думаю: «Боже, дать бы тебе просто кастрюльку».

Потом мы переехали в Австрию. Я ходила в обычную школу. Первое время мы с Настей совершенно не понимали немецкого. Издевались над нами, конечно, как могли. Дети бывают очень жестокими. Как же часто мы с сестрой стояли в классе, как два бревна, а одноклассники над нами смеялись. Друзей у нас долго не было. То есть, пока немецкий не выучили, не было. Дальше оно как-то легче пошло. 🙂

А вообще, родители воспитывали меня в строгости. Сильно верили, что с моим потенциалом я должна много достичь в этой жизни. Ведь никто и никогда не поймет, как имея такие возможности, не воспользоваться ими. Поэтому нас сильно ругали за оценки. Помню, я получила табель полугодий (не самый идеальный) и долго думала, как же его потерять, куда же его деть.  У нас всегда была дисциплина. Больше того, нас не воспитывали, как детей из состоятельной семьи. Мама, к примеру, считала, что «есть у тебя две Барби, и хватит с тебя». А папа, конечно, баловал.

Дальше была Англия, куда меня послали учиться на два года. Огромный жизненный опыт. К тому же приятный. Ну еще бы, сама, без родителей в чужой стране. С английским тоже возникли сложности. Знать я его знала, но не в совершенстве. Учить пришлось быстро, чтобы не отставать и не выделяться на фоне остальных. В Англии, кстати, я открыла для себя литературу и журналистику. У меня был прекрасный преподаватель английского, который очень сильно замотивировал меня, сказав: «Лиза, когда ты пишешь сочинения, я прихожу домой и мне хочется читать их первыми». Это очень сильно меня подстегнуло. Настолько, что «вот стану я великой писательницей, отвезу ему свою книгу…». Но, увы, экономика и математика вытеснила из моей жизни мечту стать второй Роулинг. Хотя нет. Не увы. Уже во взрослой жизни я поняла, насколько это круто.

Потом в моей жизни опять появилась Украина. И в ней было так много непонятного мне, даже дикого. Например, тут я начала ездить с водителем. Невероятная дикость для меня, которая с четвертого класса ездила в школу на общественном транспорте. 45 минут на автобусе, метро и еще немножечко пешком. Я же благодаря этим автобусам-метро полюбила плеер. Это единственное, что спасает тебя в общественном транспорте. Втыкнул в уши, никого не видишь, думаешь, мечтаешь. И ты уже не в автобусе, а в городе своей мечты, в Нью-Йорке, работаешь в мире моды… Так вот, а тут Киев, мне 17 и у меня машина с водителем. Совсем другая жизнь, и я в меру своей молодости не понимаю, почему все так. Для меня было большим шоком, когда я впервые увидела журнал «Фокус», где папа значился в топе самых богатых людей. Я-то ведь все еще мысленно в метро с плеером.

Всю жизнь я мечтала работать в фешн-индустрии, это была моя идея фикс. Подумать бы никогда не могла, что я стану отельером. Но когда я переехала в Украину, папа начал строить гостиницы и привлекать меня к этому. Тут-то я начала понимать, на что «он намекает». Сейчас я безумно благодарна отцу за то, что он настоял на своем. Я поняла, насколько я обожаю гостиницы, как сильно люблю красивые интерьеры и разрабатывать концепции. Никогда бы это без него не узнала.

Работаю я много. Но сказать, что я карьеристка не могу. Я зависима от своей работы, это немаловажная часть моей жизни, но так, чтобы положить все на ее алтарь – такого нет. На первом месте у меня всегда была и будет семья. Безумно люблю своих родных и проводить с ними время. Я всегда была очень близка с родителями и сестрой, а сейчас, особенно, когда у меня появились дети и муж, я жду выходных, когда можно выспаться и подурачиться с ними. Насколько уставшей я бы не вернулась с работы, я понимаю – дети заслуживают маму. А значит она будет носиться на четвереньках, изображать из себя лошадку, танцевать, играть, читать, лепить и строить. Отельер остается в отеле, домой приходит в первую очередь жена и мать.

Что я люблю еще? Путешествия! Это и мое хобби и моя слабость. Я отдыхаю и с детьми, и с мужем, и с родителями. Мечтаю по максимуму вложить в свою семью, показать им мир и самой посмотреть. Хочу быть тем человеком, который в старости будет умничать, сравнивая острова Фиджи с Новой Зеландией, Америку с Европой, вспоминая эти поездки в мельчайших деталях.

А еще я безумно люблю путешествовать с мамой. Вот уж кто самый образованный, начитанный и всесторонне развитый тревел-компаньон. Это она открыла для меня весь возвышенный мир театра, балета, оперы. Теперь каждый раз, сидя на очередной «Травиате», я автоматически думаю только о своей матери. Любовь к книгам – тоже ее рук дело. Спасибо ей за все ее: «Почему вы не читаете Достоевского?». И за «Мастера и Маргариту» тоже спасибо, мам. С шести заходов, но я ее все же дочитала.

Что для меня сложно в жизни? Работать с друзьями. Совмещать дружбу и работу – титанически тяжело. Но иногда другого выхода нет. Чувствую себя занудой, плохим человеком, да всем злом мира, когда должна сказать друзьям, с которыми работаю: «Вот это ты неправильно делаешь». В голове каждый раз одна мысль: «Почему я? Почему именно я должна вам это говорить?». Но такая моя доля. Да и друзей своих я на самом деле бесконечно люблю. Дружу с людьми, которыми я восхищаюсь, которые дают мне вдохновение. Могу часами слушать своих друзей, они мне нереально интересны.

У меня много недостатков. В работе я очень дотошный человек, и пока у меня не будет идеального порядка, я буду нервничать и раздражаться. Мне надо сесть и сделать дело до конца.

Есть во мне также какое-то непонятное чувство справедливости. Она, справедливость, безусловно у каждого своя (в тридцать я это уже прекрасно понимаю). Но мне очень тяжело смириться с отсутствием правды, меня выводит из себя человеческая нечестность. Надо от этого как-то избавляться, но пока увы.

А еще я не могу перейти на правильное питание. От слова «никак». Все время хочется вкусного, лишнего, сладкого. 🙂

Хорошего во мне тоже хватает. Я лишний раз не расстрою человека. Хотя и очень прямая, всегда говорю правду, но также у меня есть и понятие «промолчать». Я не влезаю в чужую жизнь. Если кто-то счастлив, я радуюсь за него, искренне кайфую. Считаю, что каждый человек заслуживает и должен быть счастливым. Я не жадная ни эмоционально, ни материально. Любую радость, которую я могу принести людям, я пытаюсь доставить.